Одну из своих работ Пудовкин назвал «Реализм, натурализм и «система» Станиславского». Однако важно подчеркнуть, что Пудовкин подходил к реалистической системе театра прежде всего как кинематографист, прола-гающий пути в неизведанное, создающий, по существу, новую структуру, язык и стиль.
Позже Сергей Эйзенштейн, который в театре, как известно, начал с принципов, очень далекихоттеатраЧехова и Станиславского (да и его работа в кино двигалась по иному руслу), пришел в своих теоретических работах 30— 40-х годов к выводу о необходимости освоения принципов чеховской драматургии в целях дальнейшего обогащения и развития кинематографакаксамостоятельногоискусства.
Прослеживая путь театра, начиная от комедии масок, в историческом процессе, С. Эйзенштейн писал: «... черты осязаемости становятся все тоньше и тоньше, а нюансировка чеховских характеров и настроений уже пере-скальзывает в иные стадии развития сценического контрапункта, где уже труднее прощупать костяк общепринятой театральной традиции». И далее продолжал эту мысль: «Разработка тонкой и глубоко музыкальной нюансировки настроений действия в пьесах Чехова создавала впечатление исчезновения театрального начала в том, что подавалось на сцене.
Линии нюансов сплетались в такую слитную ткань, что за этим, казалось, исчезала осязаемая действенность театра».
|
Пудовкин