Сейчас у Де Сантиса, как и у многих его коллег, положение ие простое. Прошло немало времени с тех пор, как закончились съемки фильма «Они шли на Восток», но режиссер не получал серьезных заказов — ставил для телевидения, участвовал в картинах, не характерных для его творчества.
Здесь причина не только в общей конъюнктуре итальянского кинопроизводства, переживающего кризисные явления. Здесь дело и в другом. Продюсеры не спешат с приглашением для съемок новых фильмов таких людей,
как Де Сантис. Слишком определенны его взгляды и бескомпромиссна его позиция.
— Есть режиссеры,— говорил Де Сантис,— придерживающиеся одних со мною взглядов, которые не считают необходимым отражать эти взгляды в своем творчестве. Я же и в политике и в творчестве един.
Да, это так. Пепе, так называют его друзья,— смелый человек. Он не боится прямо и открыто говорить, что он думает о западном образе жизни и положении художника в западном обществе. Потому ему столь трудно.
У Де Сантиса много планов. Он рассказывал своим друзьям в Москве, что хотел бы поставить фильм о гражданской войне в Испании — картину, которая звучала бы злободневно и сегодня. Он хотел бы в ней в различных аспектах осветить тему интернационализма. Давно он задумал фильм о гении Италии — Данте, о сложном пути художника и политической борьбе, в которой тот участвовал. Это, по мысли режиссера, тоже мог бы быть злободневный фильм. Хотел бы Де Сантис попробовать себя и в экранизации русской классики. Недавно он написал сценарий о революционном движении крестьян на юге Италии в первые послевоенные годы. Есть у режиссера и иные замыслы — они касаются прошлого и настоящего, но они всегда идейно насыщены.
|
Планы