Таков вывод. Такова, очевидно, цель всей этой дискуссии, по существу уводящей внимание общественности в сторону от главного. Куда же делась «боевая память народа», о которой говорили редакторы журнала, открывая
дискуссию, куда делся «социальный и классовый коп-текст», в котором, как это заявлялось, следует рассматривать фильмы? Куда, наконец, делись фильмы, которые показывают реальный фашизм и реальную борьбу с фашизмом? Их творческий опыт не учитывается.
Участники дискуссии с гневом и нередко привлекая верную аргументацию критикуют фильм «Ночной портье», объективно ведущий к реабилитации фашизма. Но послушаем саму Лилиану Кавани, которая не раз публично выступала против западной «массовой культуры» и ратовала за антизападное искусство. Да и сейчас она рассматривает «Ночного портье» как явление антизападное, антитоталитаристское и связывает его проблематику с проблемой «сексуального освобождения».
По мнению Кавани, склонность к фашизму, его определенные психологические предпосылки как бы заложены в человеческой «природе». Человеческое «естество» — это «мир тьмы», и, когда власти легализуют его, тогда становятся возможными любые преступления против человечности.
Все фатально в этом мире, и каждый выбирает свою роль, становится жертвой или палачом. Вполне в духе этого софизма Кавани, ссылаясь на историю гитлеризма, утверждает, что «сексуальная репрессия» и политическая реакция всегда шли рядом — ведь, дескать, Гитлер обещал «оздоровление морали» и борьбу против эротизма в кино.
|
Мир тьмы